Потребительские модели «recovery»: выстоят ли они в условиях операционализма?
Всемирная психиатрия. №3 2012

Потребительские модели «recovery»: выстоят ли они в условиях операционализма?

Janet Wallcraft
University of Birmingham, UK
Стр. 166-167
1459 просмотров
Опубликовано: 25 октября 2012
Аннотация / Abstract
Bellack и Drapalski четко обозначили важность модели «recovery» и то, каким образом она в настоящее время влияет на государственные системы охраны психического здоровья США, заставляя отказываться от патерналистских служб, порождающих «чувства безнадежности и беспомощности». Они ссылаются на работу специалистов-потребителей, демонстрируя субъективный характер психической болезни и «recovery», и в то же самое время подрывают значимость этой работы, предполагая, что эти специалисты могут представлять собой «отдельную группу с благоприятным исходом» (проблема, которая могла быть решена, если бы всех пациентов психиатрической службы попросили рассказать их истории болезни своими словами, вместо того, чтобы писать эти истории языком врачебных заметок и диагностических категорий!) Основная забота авторов состоит в разработке операционального определения «recovery» на базе определения Управления службы наркотической зависимости и психического здоровья США (SAMHSA), а также в представлении своей методики измерения «recovery» (Мэрилендская шкала оценки «recovery» у людей с серьезными психическими заболеваниями, Maryland Assessment of Recovery in People with Serious Mental Illness, MARS). Они начинают с цитирования наиболее влиятельного определения «recovery», предложенного Anthony (1). Однако, как и большинство людей, цитирующих Anthony, они упускают его второй пункт, представляющий большую значимость для потребителей и пользователей служб психического здоровья: «концепция «recovery» включает себя больше, чем само по себе выздоровление от психической болезни. Люди с психическим заболеванием могут нуждаться в выздоровлении от стигмы, ставшей частью их сущности; от ятрогенных эффектов тех условий, в которых проходит лечение; от недостатка возможностей для самоопределения; от негативных следствий безработицы и от разрушенных мечтаний. Часто «recovery» является сложным, длительным процессом. «Recovery» – это то, что делают сами люди с нетрудоспособностью. Лечение, ведение ...
Bellack и Drapalski четко обозначили важность модели «recovery» и то, каким образом она в настоящее время влияет на государственные системы охраны психического здоровья США, заставляя отказываться от патерналистских служб, порождающих «чувства безнадежности и беспомощности». Они ссылаются на работу специалистов-потребителей, демонстрируя субъективный характер психической болезни и «recovery», и в то же самое время подрывают значимость этой работы, предполагая, что эти специалисты могут представлять собой «отдельную группу с благоприятным исходом» (проблема, которая могла быть решена, если бы всех пациентов психиатрической службы попросили рассказать их истории болезни своими словами, вместо того, чтобы писать эти истории языком врачебных заметок и диагностических категорий!) Основная забота авторов состоит в разр...

Материал для специалистов

Полный текст статьи доступен только зарегистрированным пользователям.

Вход / Регистрация
← Предыдущая статья Активная позиция: ее природа и влияние на «recovery» при тяжелых психических заболеваниях Следующая статья → «Recovery»: возможен ли консенсус?